Например, на Западе суфизм встретил более лояльную среду. Тогда как на родине происхождения его материнских общин (Ходжагон-Накшбандийа, Кубравийа, Йасавийа) в постсоветское время суфизм оказался «не ко двору» и был вовлечен в сложные формы дискуссий, особенно с элитой «официально допущенных» религиозных учреждений, оспаривающих исламскую легитимность суфизма и религиозную компетенцию их шайхов.

Лидеры возрождающихся общин суфиев пытаются самостоятельно выдвинуть свои версии исламской легитимности суфизма, подчеркивая политическую лояльность. Мы рассмотрим особенности этой стратегии их выживания, способы и инструменты для духовного и институционального сохранения в религиозном поле. Одновременно представим обзор ритуальной практики (в первую очередь виды зикров), формы духовного наставничества (как группового, так и индивидуального), включающего комментированное чтение старинных суфийских трактатов. Одновременно будут рассмотрены эволюция и феномены «Интернет-суфизма», который стал самым эффективным инструментом, нарушившим воображаемую «эссенциальную монолитность» ислама, вновь напоминая о «многоголосной мусульманской артикуляции».

Особый вопрос — разнообразие аудитории современных суфиев (обычные граждане, ученые и бизнесмены). Доктрина социальной активности, при «наполнении сердца Богом», либо возможности «духовного уединения», будучи в толпе серьезно стимулирует социальную и экономическую активность современных суфийских общин Казахстана и Узбекистана, институционализация основана на духовном единстве.

Бахтияр Бабаджанов — доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института востоковедения АН РУз.

Лекция пройдет совместно с Фондом Ибн Сины и образовательной платформой LectOrient.